4. Islands


Фотография тройной туманности в созвездии Стрельца
Formentera Lady

P.Sinfield

.

Houses iced in whitewash guard a pale shore-line

Cornered by the cactus and the pine.

Here I wander where sweet sage and strange herbs grow

Down a sun-baked crumpled stony road.

.

Dusty wheels leaning rusting in the sun;

Snuff brown walls where Spanish lizards run.

Here I’m shadowed by a dragon fig trees fan

Ringed by ants and musing over man.

.

I’ll unwind my old strings while the sun shine down

Won’t climb any high thing while the sun shine.

Formentera Lady sing your song for me

Formentera Lady sweet lover.

.

Lamplights glows on old guitars the travellers strum;

Incense children dance to an Indian drum.

Here Odysseus charmed for dark Circe fell,

Still her perfume lingers still her spell.

.

Time’s grey hand won’t catch me while the sun shine down

Untie and unlatch me while the stars shine.

Formentera Lady dance your dance for me

Formentera Lady dark lover.

.

Леди с Форментеры

П.Синфилд

.

Строй белых домиков охраною застыл на побережье,

У каждого сосна и кактус по углам.

Брожу там, где цветет шалфей и травы мне неведомые прежде,

По выбитым, иссушенным на солнце колеям.

.

Ржавеют под открытым небом пыльные колеса.

У терпких бурых стен, где ящерки снуют,

Стою под фигою, чья тень белёса,

И муравьи, и думы достают.

.

Я струны приспущу – от перегрева мера,

И не полезу в гору я при свете дня.

Пропой мне, Леди с Форментеры,

Любовью сладкою маня.

.

Бренчат туристы, блики фонарей гитары отражают,

Обкуренные дети пляшут под индийский барабан.

Цирцея смуглой кожей Одиссея поражает.

Очаровательный парфюм – навек ему аркан.

.

При свете дня смертельная рука времен — химера.

При свете звезд избавь от уз, освободи меня,

Станцуй мне, Леди с Форментеры,

Любовью смуглою маня.

.

Letters

P.Sinfield

.

With quill and silver knife
She carved a poison pen
Wrote to her lover’s wife:
«Уour husband’s seed has fed my flesh».
.
As if a leper’s face
That tainted letter graced
The wife with choke-stone throat
Ran to the day with tear-blind eyes.
.
Impaled on nails of ice
And raked with emerald fire
The wife with soul of snow
With steady hands begins to write:
.
«I’m still, I need no life
To serve on boys and men
What’s mine was yours is dead
I take my leave of mortal flesh».

.

Письма

П.Синфилд

.

Красивейшим серебряным кинжалом

Перо и ручку превративши в ядовитую змею,

Жене любовника красотка написала:

«Своею спермою Ваш муж насытил плоть мою».

.

Так, будто бы лицо больного лепрой,

Несет печать проказы пачкотня.

Жене свело гортань икотой нервной.

От слез ослепнуть ей хватило дня.

.

Прошита иглами из льда, убита именем.

Огонь зеленый жжет. Ей с ним не совладать.

Та, чья душа покрылась инеем,

Рукою твердой начала писать:

.

«Мне не нужна такая жизнь – я шлю Вам почтой,-

Чтоб угождать мужчинам и парням.

Мое теперь мертво все то, что

Хотя бы раз принадлежало Вам».

.

Ladies On The Road

P.Sinfield

.

A flower lady’s daughter
As sweet as holy water
Said: «I’m the school reporter
Please teach me», well I taught her.
.
Two fingered levi’d sister
Said, «Peace», I stopped I kissed her.
Said, «I’m a male resister»,
I smiled and just unzipped her.
.
High diving chinese trender
Black hair and black suspender
Said, «Please me no surrender
Just love to feel your Fender».
.
All of you know that the girls of the road
Are like apples you stole in your youth.
All of you know that the girls of the road
Been around but are versed in the truth.
.
Stone-headed Frisco spacer
Ate all the meat I gave her
Said would I like to taste hers
And even craved the flavour
.
«Like marron-glaced fish bones
Oh lady hit the road!»
.
All of you know that the girls of the road
Are like apples you stole in your youth.
All of you know that the girls of the road
Been around but are versed in the truth.

.

Дорожные подруги

П.Синфилд

.

Была сладка, как освященная вода,

Цветочной продавщицы дочь.

«Я – репортерша стенгазеты. Обучите, господа».

Ну, как я мог ей не помочь?

.

Сказала: «Миру – мир» джинсовая сестрица.-

Ее поцеловал я, тормознув.

«Долой самцов!»,- сказала бунтовщица. —

Я улыбнулся, ей замочек расстегнув.

.

К утехам склонна китаянка-отчаюга.

Подвязка, волосы черны, как смоль.

«А где твой Фендер? Покажи мне друга,

Не откажи, и ощутить его в себе позволь».

.

Все знают, что дорожные подруги

Как яблоки, что в детстве воровал.

Все знают, что дорожные подруги

Так опытны, но это – правды карнавал.

.

Во Фриско вхлам обкуренная шлюха

Смела мной купленное мясо все,

Сказав, что я теперь могу попробовать ее,

И настоятельно просила хоть понюхать.

.

«Мне даже видеть эти ребра просто худо,

Давай, вали-ка ты отсюда!»

.

Все знают, что дорожные подруги

Как яблоки, что в детстве воровал.

Все знают, что дорожные подруги

Так опытны, но это – правды карнавал.

.

Islands

P.Sinfield

.

Earth, stream and tree encircled by sea

Waves sweep the sand from my island.

My sunsets fade.

Field and glade wait only for rain

Grain after grain love erodes my

High weathered walls which fend off the tide

Cradle the wind to my island.

.

Gaunt granite climbs where gulls wheel and glide

Mournfully glide o’er my island.

My dawn bride’s veil, damp and pale,

Dissolves in the sun.

Love’s web is spun — cats prowl, mice run

Wreathe snatch-hand briars where owls know my eyes

Violet skies touch my island, touch me.

.

Beneath the wind turned wave

Infinite peace

Islands join hands

‘Neathe heaven’s sea.

.

Dark harbour quays like fingers of stone

Hungrily reach from my island.

Clutch sailor’s words — pearls and gourds

Are strewn on my shore.

Equal in love, bound in circles.

Earth, stream and tree return to the sea

Waves sweep sand from my island, from me.

.

Острова

П.Синфилд

.

Моя земля, ручей и дерево — в плену у моря.

Смывают волны с острова песок.

Мои закаты гаснут.

Поле и поляна ждут дождя.

Любовь — песчинка за песчинкой — разрушает

Устои выветренных стен, что отражают

Прилива натиск и баюкают ветра.

.

Гранит суровый набирает высоту, где чайки

Скользят над островом моим уныло-плавными кругами.

Сырая, серая невестина вуаль тумана

Тихонько тает под лучом рассвета.

Любви плетется паутина, рыщут кошки, мыши – кто куда.

Хватает цепко тёрн кривой, где среди сов я свой.

Я – остров, и касаются меня фиалковые небеса.

.

Вздох ветра волны шевелит едва,

Покой безмерен словно небосвод.

Скрепляют руки люди-острова

В голубизне небесных вод.

.

Укрыта тьмою гавань; пирсы, словно каменные пальцы.

Тянусь я ими жадно в море.

Хватающие за душу словечки моряков –

Жемчужины и калебасы – устилают берег.

Влюбись – и от тебя останутся круги,

Вернутся в море дерево, ручей, земля,

Песок и почву смоют волны с острова, с меня.

.

Leave a Reply